Православный Катихизис (2б).  Епископ Александр Семенов-Тян-Шанский [14мар07]

Б — УЧЕНИЕ О ХРИСТЕ

1 — Милосердный Бог приходит на помощь падшему человеку.

Бог есть любовь и это значит, что ничто не может нарушить Его любви. Поэтому Бог не перестает помогать падшему человеку исполнять свое предназначение, избавляя его, прежде всего, от рабства дьяволу и греху. Милостиво способствуя этому. Бог не отнимает у человека и прежних даров Своей любви и, среди них, раз навсегда дарованной свободы. Человек пал по своей воле; по своей воле он должен и встать.

Чтобы это стало возможным, при наличии совершенно необходимой Божественной помощи. Бог возжелал Сам приблизиться к отпавшему от Него человеку так, чтобы тот, не устрашаясь Его, мог бы вновь свободно совершить свой выбор и вернуться к Богу.

Сын Божий соделался Сыном Человеческим для того, чтобы сделать сынов человеческих сынами Божиими. Бог стал человеком, чтобы человек стал богом по благодати. Бессмертный принимает образ смертного, чтобы смертному дать бессмертие.

2 — Богочеловек.

Бог-Слово стал человеком Иисусом Христом. Имя Иисус означает “Бог спасает”, или короче “Спаситель”. Христос значит “Помазанник”. Господь Иисус Христос — не только Бог, являющий в человеческой жизни Свою Божественную жизнь, не только Предвечное Слово Божие, возвещающее Божественные тайны человеческим языком, не только Божественный Учитель или Образ Божий, явленный в совершенном человеке, а Богочеловек.

3 — Богочеловек—Спаситель.

В лице Иисуса Христа Божественная природа соединилась с человеческой, чтобы человеческое естество причастилось Божественному.

Правда, всякое творение Божие создано и существует потому, что оно уже причастно Божественному Слову, т.е. Божественной мысли и смыслу, но через воплощение Бога-Слова человек возвышается на новую ступень, делается “новой тварью”, которая способна жить не только своей, но и Божественной, вечной жизнью. После Боговоплощения каждый человек может вступая в Церковь, жить одной жизнью со Христом. Каждый человек призван стать храмом Святого Духа и быть усыновленным Богу-Отцу. Это и есть восстановление образа Божия в человеке.

4 — Апостолы перед лицом Богочеловека.

Святые Апостолы сперва узнали в своем Учителе обещанного Спасителя, Мессию, а потом и Самого воплотившегося Бога. Эту веру, от лица Апостолов, исповедал Апостол Петр и Господь ответил ему, что, “не плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, сущий на небесах” (Матф. 16,17). С тех пор Апостолы жили этим совершенно новым, небывалым, страшным и бесконечно радостным сознанием, что перед ними и с ними живет Сам Бог, ставший человеком. Трепетом этого сознания полны все апостольские писания, в особенности же Апостола Иоанна: “О том, что мы слышали, что видели своими очами, что рассматривали, и что осязали руки наши, о Слове жизни. Ибо жизнь явилась, и мы видели и свидетельствуем, и возвещаем вам сию вечную жизнь, которая была у Отца и явилась нам... и сие пишем вам, чтобы радость ваша была совершенна” (1 Иоан. 1;1-4).

Для Апостолов было очевидностью, что Иисус есть Бог, ставший человеком; только созерцая Христа, они узнали, что Бог есть свет и любовь, и что нет в Нем никакой тьмы (1 Иоан. 1;5 и 4;8).

5 — Лжеучения о Христе и Халкидонский догмат.

Уже начиная с апостольского века некоторые люди стали неверно учить о Господе Иисусе Христе.

Так докеты учили, что Христос был лишь Богом и только казался человеком. Арий учил, что Сын Божий — второе Лицо Пресвятой Троицы — есть только творение, каковым Он остается и воплотившись. Позже Несторий утверждал, что от Девы Марии родился лишь человек, с которым Бог соединился и обитал в Нем, как в храме. Поэтому Несторий называл Деву Марию не Богородицею, а Христородицей. Исходя из этих положений, Несторий разделял Божественную и человеческую природу во Христе так, что видел в Нем как бы двух лиц, соединившихся лишь для общего действия, преимущественно в силу нравственного усилия Иисуса Христа, как человека. В противоположность Несторию, умалявшему Божественность Христа, монофизиты учили, что в Иисусе Христе человеческое естество было поглощено Божественным, тем самым умаляя человечество Христа (*). При обоих уклонениях от истины самое Боговоплощение, жертвенная жизнь и смерть Господа, как и последующее воскресение, перестают быть спасительными для человека. Только если истинный Бог приобщен во Христе всему человеческому, то может спастись и каждый человек, приобщаясь Христу верою, жизнью и через святые таинства.

(*) Монофизиты существуют по сей день: армяне, копты, эфиопы, сирояковиты.

Православное учение о соединении во Христе Божественной и человеческой природы было изложено в 451 году на 4-ом Вселенском Соборе в Халкидоне. В этом определении говорится, что Иисус Христос есть совершенный Бог и совершенный человек, единосущный Богу-Отцу по Божеству и единосущный нам по

человечеству, во всем подобный нам, кроме греха, рожденный прежде веков от Бога-Отца по Божеству и от Марии Девы по человечеству, и что оба естества в Нем соединены неслитно, неизменно, нераздельно и неразлучно, сохраняя всегда свои особенности при едином Лице или Ипостаси. Это означает, что человечество во Христе не имеет своего отдельного лица, а Сама Божественная Личность Сына Божия облекается в человеческую природу, чем и достигается всецелое ее освящение. Тем не менее, человеческая природа (естество) во Христе имеет свою волю, отдельную от воли Божества, хотя эта воля всегда свободно подчиняется воле Божественной. Учение о двух волях во Христе было закреплено в 680 году на 6-ом Вселенском Соборе в опровержение лжеучения монофелитов, которые, желая примирить православных с монофизитами, утверждали, что, при двух естествах, в Иисусе Христе действует только Божественная воля.

6 — Свидетельства о Божественности Христа.

При всей кажущейся невероятности того, что Бог стал человеком, это чудо Боговоплощения для чистых сердцем Апостолов и других ближайших учеников Христа не могло не быть очевидным. Прежде всего Господь Сам сознавал Себя Богом и человеком и об этом учил. Притом такое небывалое откровение исходило из уст человека, в котором всегда обнаруживались величайшая правдивость, необыкновенная премудрость и полное бескорыстие. Об истинности учения Христа о Нем Самом, таким образом, прежде всего свидетельствует Его Личность, а потом и самое учение, в своей стройности являющее такое единство, что, приняв часть его, трудно не принять его и в целом.

Для уверовавших, или даже только начинавших верить в Него, Христос являл и другие свидетельства Своего Богочеловечества. К ним принадлежат чудеса Христовы, а также неоднократное свидетельство Бога-Отца и Святого Духа. О том же свидетельствует тайна зачатия и рождения Христа, возвещенная Евангелистами всем христианам.

Но окончательное удостоверение, в Божественности своего Учителя, Апостолы получили в силу крестной смерти и воскресения Христа. После сошествия Святого Духа эта вера стала для них истиной, всецело определяющей всю их жизнь. При всем том, в признании Божественности Иисуса Христа не было, нет и не может быть никакого внешнего принуждения, т. к. эта истина постигается прежде всего сердцем, движимым любовью, любовь же всегда свободна.

На вопрос Господа Апостолам, -не хотят ли и они (по неверию) покинуть Его, Апостол Петр ответил: “Господи! к кому нам идти? Ты имеешь глаголы вечной жизни. И мы уверовали и познали, что Ты Христос, Сын Бога живого” (Иоан. 6;67-69).

7 — Промыслительное значение основных событий жизни Господа. Зачатие, Рождество и первые годы жизни Спасителя.

Вся глубина Божественного промышления о нашем спасении раскрывается более всего в основных событиях жизни Господа Иисуса Христа.

Зачатие и рождение Господа от Приснодевы Марии и самый образ Пречистой Богородицы указывают какая чистота и бесстрастность, смирение и жажда Бога требуются для совершенной меры облагодатствования. .Одновременно этим свидетельствуется истинность Божества Спасителя. Самое же воплощение Христа обнаруживает предельное Его смирение и самоограничение. Неразрывность любви и смирения была возвещена Пресвятой Девой Марией в Ее песни: “Величит душа Моя Господа”. Нищета Вифлеемской пещеры и яслей также показывает, что величие Божественной любви не связано со славою мира сего, и что, бесконечно дорожа свободой человека. Господь влечет его к Себе, не поражая его соображения внешним величием. Но пастухам и мудрецам Востока было дано откровение о новорожденном Богомладенце, первым — за смирение, вторым — за жажду познания истины.

Тайна эта была открыта также Симеону Богоприимцу и Анне Пророчице за их тревогу о духовной судьбе своего народа и человечества, для которых они ждали Избавителя.

Детство, отрочество и молодость Господа Иисуса Христа почти сокрыты от нас, но то малое, что известно — жизнь в семье ремесленника, отроческое послушание при сознании уже в 12 лет Своего предназначения — являют все то же Его смирение.

8 — Иоанн Креститель и Крещение Господне.

Иоанн Креститель завершает ветхозаветное приготовление к принятию Спасителя. Явление Предтечи свидетельствует о священной необходимости преемственного стремления к правде многих поколений, или иначе, об осмысленности истории, а также о присущих ей священных рубежах и сроках. Бог отмечает их особыми чудесными явлениями, например, явлением Ангелов или пророков.

Самое Крещение Господа есть впервые явленное людям, в лице Иоанна Предтечи, откровение о Святой Троице, и отсюда название праздника “Богоявление”;

а также это прообраз таинства крещения. Для Самого же Господа, крещение являлось посвящением на Его служение.

9 — Искушение Господа.

Искушение Господа открывает нам Его как “второго Адама”, победившего там, где был побежден первый. Повествование об искушении Христа дополняет историю грехопадения первых людей. Слова Господа, что “не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих” (Матф. 4;4), указывают на необходимость все природное подчинять духу. Это ответ на всякий чувственный соблазн. Отказавшись от чуда для утоления Своего голода. Господь впоследствии чудесно напитал взыскавших "Его слова в пустынном месте. Первые же люди вкусили от запретного плода даже не испытывая телесного голода, из чего видно, что грех есть излишество.

Слова Христа “не искушай Господа Бога твоего” (Матф. 4,7) в ответ на предложение испытать чудесное спасение — это предупреждение, что нельзя искать высших дарований и сил ради горделивого самоублажения. Но именно этого пожелали Адам и Ева по наущению дьявола (“будете, как боги”. Быт. 3;5).

Перед лицом воплощенной Истины, перед Христом, дьявол не может долго притворяться и, под конец, открыто требует поклонения и подчинения себе. Этим обнажается до конца сущность греха, ведущего к потере духовной свободы — этого залога богоподобия человека. В третьем искушении подчинение дьяволу связывается с обретением полноты земной власти над миром. Ответ Спасителя: “Господу Богу твоему поклоняйся, и Ему одному служи” (Матф. 4;10) — есть откровение о том, что созидание Царства Божия на земле недостижимо на путях человеческого властвования, т. е. принуждения (ни цезарепапизм, ни папо-цезаризм не совместимы с предначертанным Господом путем).

10 — Христос-Царь.

Все последующее служение Спасителя и все сказанное о Нем Евангелистами и Апостолами показывает, что Он явился во исполнение пророчеств о страждущем Мессии. Господь не поощрял попыток народа сделать Его земным царем и только однажды принял народное почитание при торжественном входе Своем в Иерусалим, но это было уже началом Его крестного пути. Чтобы отметить, что Царство Его не от мира сего, о чем Он позже сказал Пилату, Господь сел не на коня, как земные владыки, а на осленка, сына подъяремной. Дозволив затем помазать ноги Свои драгоценным миром. Он вскоре Сам умыл ноги Своим ученикам в знак того, что власть Его есть служение любви.

Прежде Своего торжественного входа во Иерусалим, Господь явил Свою славу на горе Фаворе. Событие это является также одним из важных звеньев, подготовляющих вольные страдания и смерть Господа, и Его светлое воскресение. Преображение Христово есть одновременно и явление Божественной славы и залог будущего прославления человека и всей твари, прежде же всего праведников, которые, по слову Господа, “воссияют, как солнце в царстве Отца их” (Матф. 13;43). В подтверждение этого обещания некоторые святые, еще при земной жизни своей, преображались подобно Спасителю, например, преподобный Серафим Саровский.

11 — Искупительные страдания и смерть Господа.

Страдания, смерть, воскресение и, наконец, вознесение Господа Иисуса Христа суть события, в которых до конца выразился весь смысл Его жизни на земле и Его призвания; через них завершилось спасение людей. Господь пострадал и умер вольно. Как Бог, Он мог вызвать на защиту Себе легионы Ангелов и, как безгрешный, Он не был подвластен смерти. Взяв на Себя грехи всех людей. Он пережил весь ужас и весь мрак греха. Сам оставаясь ему непричастным. Будучи неповинным, Господь принял на Себя и физические последствия греха: поношения, крестные муки и смерть. Сострадательная любовь Спасителя беспредельна и универсальна. Его невиновность увеличивала тяжесть взятых Им на Себя грехов человечества. Это запечатлено с особой силой в богослужебных текстах Великой Пятницы: “Так говорит Господь Иудеям: — люди Мои, что Я сделал вам? чем обидел? Слепцам вашим дал прозрение, прокаженных очистил, расслабленного от одра воздвиг... И чем вы Меня возблагодарили? За манну — желчь, за воду — уксус, и вместо того, чтобы возлюбить Меня, ко кресту пригвоздили” (12-ый антифон). А перед выносом Плащаницы, на вечерне Великой Субботы: “Жизнь всех осудили на смерть... Создатель мира в руках беззаконных”. Ужас Голгофских страданий был бы невыносим, если бы Крест Господень не был явлением совершенной Божественной любви; в нем открылась “Любовь Бога-Отца распинающая, Любовь Сына распинаемая и Любовь Святого Духа торжествующая силою крестною, ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего единородного, чтобы всех спасти” (Митр. Филарет Московский). Первым из людей это понял благоразумный разбойник: он увидел в поруганном, израненном и умирающем Праведнике — Бога, возлюбившего мир совершенной любовью, и ему первому открылся рай. Помышляя о том, для какого блаженства и от каких мук искупил нас Христос, каждый христианин знает, что Крест — это символ любви и что, где Крест, там и любовь. В Кресте, как в солнце свет, сосредоточилась вся любовь Бога к миру и к человеку.

“Распинающая Любовь” Бога-Отца, при совершенном единстве Лиц Пресвятой Троицы, есть, конечно, и величайшее самопожертвование. По словам святого Григория Богослова, Крест есть жертва благоприятная, "о не плата и не выкуп Богу. Крест необходим не для утоления "Божией Правды, но для оживления человеческой природы, пораженной грехом и смертью. Человек, умирая во Христе, получает от Него новую жизнь, подлинную и вечную. Во Христе смерть побеждена смертью, и в этом — тайна Креста: “для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие” (1 Кор. 1;23). Победив смерть, Христос лишил дьявола его главного оружия.

В пасхальном слове своем святой Иоанн Златоуст говорит, что вместе с дьяволом посрамился и дом его, то есть ад, когда он, приняв землю, встретил небо.

12 — Воскресение Христово.

Воскресение Господа есть величайшее чудо и победа смысла и добра над злом.

Запечатленное смертью стояние за правду и любовь, увенчанное жертвой своею жизнью, было известно до Христа. Человек умеет в подобных случаях благоговейно созерцать внутреннее торжество правды. Но, если здесь правда духовно и торжествовала, то жизнь продолжала быть поруганной. Когда же воскрес Христос — открылось, что истина и любовь сильнее смерти, и что самая смерть ради истины и любви ' есть только переход к вечному торжеству жизни.

Воскресение Христа есть радость, превосходящая всякую иную радость. Совершилось самое желанное, что только может пожелать любовь — Возлюбленный оказался навсегда с нами, разлука сокрушена навеки и ничто более не может угрожать Любимому. Остается только пасть перед Ним со словами: “Господь мой и Бог мой” (Иоан. 20;28), потому что всякое сомнение в том, что Он есть Бог, ставший человеком, пришедший нас спасти, более невозможно.

Воскресение Господа дает еще и другую радость. В нем залог, что мы тоже воскреснем, а также и все, кого мы любим, что мы будем неразлучны с ними, как и с Господом, если только пойдем за Ним, поверив в Его светлое Воскресение.

Все попытки поколебать веру в Воскресение Христа рассеиваются, если вникнуть в евангельское свидетельство. Можно ли говорить, например, о галлюцинациях учеников, когда Евангелие удостоверяет их отчаяние после смерти Спасителя и упорное их неверие первым вестям о Воскресении и даже сомнение при явлениях Самого Господа? В то же время, кто может усомниться в силе их последующего убеждения в Воскресении Христа, когда, свидетельствуя об этом, ученики Христовы шли на смерть и силой своего убеждения завоевали Господу весь античный мир? В основе такого непоколебимого убеждения может находиться только действительное событие.

Совершенно неосновательны немногие попытки объяснить веру в Воскресение Христа влиянием античных мифов об умирающих и воскресающих богах. Это идеи совсем другого порядка. Христос умер и воскрес не как Бог, а как человек или Богочеловек. Представление об этом вовсе чуждо древним религиям. Нелепы и фантастичны попытки объяснить Воскресение Господа натуралистически, например, что Христос будто бы ожил, будучи снят со креста в обморочном состоянии. Отпадает и указанная в самом Евангелии клевета, что ученики украли тело Иисуса. Не поддержанная позже ни иудеями, ни язычниками, эта клевета рассеивается от правдивости евангельского рассказа и всей последующей историей христианства. “Блаженны не видевшие и уверовавшие” (Иоан. 20,29) в Его Воскресение, говорит Господь. И бесчисленное множество таких не видевших, но уверовавших, наряду с очевидцами, являются также истинными свидетелями Христова Воскресения, в силу их радостно духовного переживания этого величайшего чуда. Православная Церковь богата таким духовным опытом и он тем убедительней, чем более переживание светлого праздника Воскресения Христова сопровождается духовным воскресением самих верующих.

По учению Церкви, Воскресению Господа предшествовало сошествие Его во ад, в духовное место пребывания душ усопших людей. Это была высшая степень Его уничижения и вместе — начало победы и торжества. Во аде Христос освободил души с верою ожидавших Его пришествия (1 Петр. 3;18-22; 4;6; Колос. 2;15).

Тело Христово по Воскресений было преображенным, прославленным, духовным, т.с. всецело подчиненным Духу. Пространство и время не ограничивали Воскресшего Господа: Он являлся одновременно в разных местах, проходил сквозь запертые двери. Очевидно Он уже не нуждался в земной пище, но для убеждения учеников вкушал перед ними. Тело Воскресшего Господа сохранило нанесенные Ему раны. В этом указание, что страдания, подвиги и все достойное, сделанное праведными людьми, найдет свое место при их вечном прославлении.

13 — Вознесение Христово.

Последним делом служения Господа Иисуса Христа на земле было Его Вознесение. Оно совершилось в 40-й день после Воскресения, когда, по словам Евангелистов, Господь “вознесся на небо и воссел одесную Бога” (Марк. 16,19; Лук. 24,51; Деян. 1,9). Под этим событием следует разуметь не телесное переселение Господа в какие-то сферы видимого неба, а вознесение Господом нашего человеческого естества (включая и тело) в некоторую непосредственную близость к Богу-Отцу. Это уже не избавление человеческого естества от греха и смерти, а предельное его прославление, “обожение”, которого может достичь каждый человек, если только он во всем последует за Господом. Восходя к Отцу на небо, Иисус Христос обещал (иным образом) пребывать с нами до скончания века и вновь торжественно вернуться на землю для окончательного установления Своего Царства. Вознесение Христово — это также залог сошествия Святого Духа, Которого Господь обещал послать нам от Отца.

Святой Дух мог сойти на людей только в силу того, что Сын Божии Иисус Христос до конца приготовил, т. е. освятил в Себе наше человеческое естество. После Вознесения, через Святого Духа, Господь продолжает пребывать с нами невидимо в Своем Слове, запечатленном в Священном Писании, в святых Тайнах и во всех благодатных дарованиях Святого Духа.

14 — Эсхатология.

По Вознесении Господа, ангелы возвестили Его ученикам, говоря: “Иисус, вознесшийся от вас на небо, придет таким же образом, как вы видели Его восходящим” (Деян. 1,11). Сам Господь не раз говорил о том же, поясняя, что пришествие Его будет подобно молнии (Матф. 24,27), что Его увидят грядущим на облаке с силою и славою великою (Лук. 21,27; Марк. 13,26).

Господь открыл, что Его второму, славному Пришествию будут предшествовать необычайные исторические и космические бедствия, а Апостолы пояснили, что нынешняя земля и мир погибнут, что самые стихии (элементы), разгоревшись, разрушатся, земля и все дела на ней сгорят” (2 Петр. 3,10). Но гибель мира не будет окончательной: он преобразится и явятся “новое небо и новая земля, на которых обитает правда” (2 Петр. 3,13). В тоже время воскреснут все мертвые, а живые изменятся, преобразятся (1 Кор. 15,51-54). Господь придет второй раз, чтобы судить всех и навеки установить Свое Царство для достойных. Таким образом, настоящая жизнь является подготовкой к будущему суду, для которого все люди сберегаются (2 Петр. 3,7): идущие путем зла подготовляют себе осуждение, а идущие путем добра—жизнь вечную (Матф. 13,24-30; 47.49; 25.1-13; 31-46; Рим. 2.5-11; 14.10.12; 2 Фее. 1.5-10; Евр. 6,2).

Господь Иисус Христос сказал Своим ученикам, что срок кончины мира, или день Господень, неведом никому, кроме Бога-Отца, но Господь указал на признаки приближения конца (Матф. 24,14-44). В особых символах о том же повествуется в Откровении св. Иоанна Богослова (Апокалипсисе). Среди этих признаков существенны: обострение борьбы добра и зла, оскудение веры и любви, умножение беззакония и появление исключительного сосредоточения (концентрации) зла, возможно в лице одного человека — антихриста.

Первые христиане ждали скорого конца мира; во .многие другие эпохи это ожидание также обострялось.

Судить людей будет Господь Иисус Христос со святыми, но свобода каждого человека при этом суде будет сохранена. Дела, мысли и чувства каждого человека обнаружатся перед всеми; все узнают жизнь друг Друга. При свете Божией правды станет очевидным, чего стоит каждый человек и его жизнь. Приговор не следует представлять юридически: оправдание или осуждение не являются наградой или наказанием, а следствием или плодом той или иной жизни, и преимущественно ее направленности к добру или ко злу. Степени осуждения или блаженства будут различные, но меньшая степень блаженства не будет сопровождаться переживанием лишения. Все лучшие устремления человека получат в будущем веке завершение. Многие учители Церкви предполагают, что возрастание в совершенстве в будущем веке будет заключаться во все большем единении людей с Богом и другими блаженными существами, в созерцании красоты Самого Бога и образа Его, отраженного в людях, и в мире. Осуждение же понимается святыми Отцами как отлучение от Бога и, тем самым, от возможности любить, а некоторыми Отцами — и как неутолимость грешных желаний. Они предполагают также, что в будущем веке будет тождество между внутренним (душевным) и внешним миром, и что духовное состояние блаженства и мучения будет иметь свое телесное выражение, так как воскресение мертвых будет и телесным, хотя воскресшие тела будут духовными.


• НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ • ОГЛАВЛЕНИЕ • НАВЕРХ

файл: dr094kat2b.html  (I-й вып:14мар07),  14мар07,  [ДД-09.4(2б)р], узел: http://www.dorogadomoj.com/