Россия в XX веке (2.1)  [15фев04] Ю. В. Изместьев

2 -- I  МИРОВАЯ ВОЙНА
ОГЛАВЛЕНИЕ
НАЗАД
ВПЕРЕД

2.1 - ВНУТРЕННЕЕ ПОЛОЖЕНИЕ РОССИИ ПЕРЕД I МИРОВОЙ ВОЙНОЙ

За последние четверть века экономический подъем охватил все отрасли народного хозяйства в России.
      1881 г.     1904 г.     1913 г.
Длина железнодорожной сети     23.000 килом.     60.000 килом.     70.000 килом.
      1887 г.
Выплавка чугуна     35.000.000 пудов     152.000.000 пудов     283.000.000 пудов
Добыча каменного угля     125.500.000 пудов     798.000.000 пудов     2.000.000.000 пуд.
      1881 г.
Оборот внешней торгов.     1.024.000.000 руб.     1.683.000.000 руб.     2.894.000.000 руб.
      1887 г.
Число рабочих     1.318.000 челов.     2.000.000 челов.     5.000.000 челов.
Государственный бюджет дошел до     3.000.000.000 рублей
Вывоз хлеба дошел до     750.000.000 пудов

В связи с экономическим ростом поднялось и благосостояние населения. За 20 лет, с 1894 до 1913 г. вклады в сберегательные кассы возросли с 300 миллионов на 2 миллиарда рублей. Намного возросло потребление продуктов питания и мануфактуры; потребление сахара на душу возросло с 8 на 18 фунтов в год.

Широко развернулась потребительская и кредитная кооперация. К 1912 году число потребительских кооперативов достигло 7 тысяч, 2/3 из них были сельскими. Кредитные кооперативы - их было около 15 тысяч - давали возможность крестьянам приобретать сельскохозяйственные машины и тем улучшать свои хозяйства. Сельскохозяйственных машин крестьянами было куплено: в 1908 г. на 54 миллиона рублей, а в 1912 на 131 миллион рублей.

Широкую деятельность развил Союз сибирских маслобойных артелей, вывозивших масло за границу. К 1915 году в России насчитывалось более 30 тысяч разного рода кооперативов.

Перед I Мировой войной Россия достигла большого расцвета не только в хозяйственном отношении, но и в области культуры: науки, искусства, литературы. Большие успехи были достигнуты в области народного образования. К 1922 году должно было быть введено всеобщее образование. Русские Высшие школы стояли на уровне любых европейских. Расходы министерства просвещения в 1904 г. равнялись 42 миллионам рублей, а в 1913 - 143 миллионам.

Казалось, что все обстоит благополучно, но это только казалось. В 1908 и 1910 годах произошли студенческие забастовки, вызванные неумелой политикой министров народного просвещения. В 1912 г. начинают выходить ярко оппозиционные газеты: социалистический "День" и орган большевиков "Правда".

В апреле 1912 г. произошло событие потрясшее всю страну: расстрел бастовавших на Ленских золотых приисках рабочих. Было убито 200 и ранено свыше 200 человек. Это событие вызвало новый подъем революционных настроений.

В 1912 г. истекли полномочия 3-ьей Гос. Думы. Выборы в 4-ю дали почти одинаковое число мест правым и оппозиционным партиям: правых - 65, националистов - 88, октябристов - 98, "центр" - 32, прогрессистов - 48, к.д. - 59, поляков - 15, мусульман - 6, трудовиков - 9, с.д. - 15, беспартийных - 7. Председателем Думы был избран октябрист М.В. Родзянко. Теперь октябристы были более склоненны к оппозиции, чем во времена Столыпина.

6 января 1914 г. Коковцев был уволен с поста председателя Совета министров. На его место был вновь назначен престарелый Горемыкин.

В июле 1914 г., перед самой войной, в Петербурге начались забастовки и демонстрации рабочих, которые носили открыто революционный характер. Это было следствием неудачной политики правительства в рабочем вопросе. Запрещая забастовки - единственное оружие в руках рабочих в борьбе за удовлетворение своих экономических требований, - правительство толкало их в объятия революционеров, которые их убеждали, что только добившись политической власти, они смогут добиться и своих экономических требований.

 

2.2 - МЕЖДУНАРОДАЯ ОБСТАНОВКА ПЕРЕД I МИРОВОЙ ВОЙНОЙ

Так называемый "Восточный вопрос" издавна привлекал внимание всех "Великих" и ряда "малых" держав. Тут сталкивались интересы и стремления России, Австро-Венгрии, Германии, Франции, Великобритании, Сербии, Болгарии и Греции.

Россия в этом вопросе была заинтересована и идейно, и политически. Издавна на Руси существовала идея "восстановления креста на храме св. Софии" (турки превратили его в мечеть). Еще Екатерина II составляла "греческий проект", который заключался в том, чтобы, изгнав турок из Европы, из одной части ее владений создать новую Византийскую империю со столицей в Константинополе. Занять престол погибшего в 1453 году Константина XI Палеолога должен был внук Екатерины Константин Павлович.

Кроме того, Россия считала своим священным долгом защиту православных народов, томящихся под турками. С своей стороны и славяне, не только православные, находящиеся под игом турок, но и католики - чехи, словаки, хорваты, насильственно присоединенные к Австро-Венгрии, - все свои надежды на освобождение возлагали на Россию и ждали помощи от нее.

Были у России и другие интересы, чисто практические. В то время, как все европейские государства имели свободный доступ к открытым, незамерзающим морям, Московское государство его не имело. Поэтому еще Иван Грозный, чтобы добиться выхода к Балтийскому морю, начал войну с Ливонией, но она кончилась неудачно.

Петр I осуществил идею Грозного, но этим морская проблема была решена лишь частично, - выход из Балтийского моря легко может быть закрыт врагами. К тому же Финский залив зимой замерзает.

При Екатерине II Россия вышла на незамерзающее Черное море, но выход из него контролировала Турция.

Россия, правда, владела Мурманским побережьем с незамерзающими бухтами, но доступ к ним по тем временам был почти невозможен. Поэтому овладение Босфором и Дарданеллами считалось нашей исторической задачей.

В конце XIX века Турция находилась в состоянии полного разложения. После свержения султана Гамида там установился конституционный образ правления, но это не привело к установлению твердого порядка. Беспорядки продолжались. Они выражались большей частью в избиении армян. Вскоре после армянского погрома в Малой Азии в конце 1896 года на глазах у правительства и иностранных послов началась резня армян в Константинополе.

Находившийся там русский посол Нелидов считал, что для России наступил благоприятный момент, чтобы захватить Босфор. Он прибыл в Петербург, и 28 ноября для обсуждения этого вопроса было созвано совещание под председательством Государя.

Военный министр Ванновский и начальник главного генерального штаба Обручев высказались за предложение Нелидова, министр финансов Витте - против. Он заявил, что эта затея грозит привести к европейской войне. После обмена мнениями Государь, однако, поддержал предложение нашего посла.

Для выполнения задуманного плана в Одессе и Севастополе была начата подготовка десанта. По условленной телеграмме от Нелидова наш морской отряд должен был двинуться к Босфору.

Однако, вероятно, под влиянием вел. кн. Владимира Александровича и К.П. Победоносцева, Государь изменил свое решение. Не успел еще Нелидов вернуться в Константинополь, как получил от Государя телеграмму, отменяющую задуманную операцию.

Всякое посягательство на захват "проливов" или Балканского полуострова в России рассматривалось как посягательство на русские кровные интересы. А посягатели были.

В 1903 году в Сербии был убит король Александр Обренович и на престол был возведен Петр Карагеоргиевич. В результате переворота там восторжествовал антиавстрийский курс.

Сербы стали мечтать о "Великой Сербии", которая охватила бы все южнославянские народы. Так как эта идея угрожала целостности Австро-Венгерской империи, в Вене стали думать о ликвидации самостоятельного Сербского государства. Первым шагом к осуществлению этого плана австрийское правительство наметило аннексию Боснии и Герцеговины, которые с 1878 года считались временно оккупированными австрийскими войсками.

В 1908 г. русский министр иностранных дел Извольский при свидании с австрийским министром иностранных дел Эренталем дал условное согласие на присоединение к Австро-Венгрии Боснии и Герцеговины. Эренталь истолковал это условное согласие Извольского как окончательное, и Австро-Венгрия объявила об аннексии обеих провинций. Это вызвало страшное возмущение в Сербии.

В это время на Балканах, и в России, и в славянских областях Австро-Венгрии происходило оживление панславянских настроений. В 1908 г. в Софии и в 1910 г. в Праге собирались общеславянские конгрессы.

В 1912 г., при посредничестве русской дипломатии, на Балканах создался блок славянских народов, к которому присоединилась Греция. В конце сентября 1912 г. Черногория объявила войну Турции. Через неделю к ней присоединились Сербия, Болгария и Греция. Турецкая армия потерпела полное поражение, и Турция потеряла почти все свои европейские владения.

В мае 1913 г. в Лондоне был заключен мир, по которому все турецкие владения в Европе, за исключением Константинополя с небольшой частью Фракии, были поделены между балканскими государствами.

В это же время воинственный германский император Вильгельм II, стремясь к мировой гегемонии Германии, решил устранить со своего пути главного своего соперника - Англию и завладеть основным источником ее богатств - Индией. Так как путь туда вел через Турцию, то ее нужно было подчинить немецкому влиянию. Поэтому Германия повела в Турции очень активную политику и создала в Константинополе свою военную миссию. Так как германский флот был слабее английского, германское правительство ассигновало на постройку новых судов 250 миллионов марок.

Не только враги России, но и ее союзники противодействовали осуществлению "российской исторической задачи". Прежде всего, это шло наперекор традиционной французской политике - сохранения целостности Оттоманской империи (Турции). Англия тоже не хотела допускать Россию к "ключам" (проливы) Черного моря. А греческий король и болгарский царь претендовали на византийский престол.

В 1908 г., когда России грозила война с Австрией, за спиной которой стояла Германия, председатель Совета государственной обороны, вел. кн. Николай Николаевич требовал похода на Константинополь. В 1911-1912 гг. русская дипломатия настойчиво пыталась в обмен на признание Россией марокканского протектората получить от Франции признание русских интересов в вопросе о проливах, но Франция на это не согласилась.

Еще более резко вопрос о проливах был поставлен в Балканскую войну 1912-1913 г.г.

Министр иностранных дел Сазонов полагал, что Россия не может допустить укрепления на берегах проливов какой-либо другой державы. В 1913 г. председатель Государственной Думы Родзянко рекомендовал Государю воспользоваться всеобщим подъемом и идти на Константинополь. В декабре того же года состоялось узкое совещание министров, на котором обсуждался вопрос об оказании давления на Турцию, в целях упразднения германской военной миссии в Константинополе. Так как это грозило войной с державами "Тройственного союза", а Франция и Великобритания могли не поддержать Россию, то было решено отказаться от этого шага.

Все меры, предпринимавшиеся русским правительством в связи с "Константинопольской проблемой", носили лишь предварительный характер, и развязывать из-за этого войну Россия не собиралась.

После Балканской войны Австрия настояла на образовании независимой Албании. Это лишило Сербию доступа к Адриатическому морю, к которому она так стремилась. Тогда Сербия решила компенсировать себя в Македонии, которая по первому договору предназначалась Болгарии, и на которую также претендовала и Греция.

Из-за Македонии разгорелась кровная вражда между Сербией и Болгарией. Русская дипломатия употребляла все усилия, чтобы уладить спор между союзниками, а Австрия делала все, чтобы разжечь взаимную ненависть и толкнуть Болгарию на войну против Сербии.

В июне 1913 г. болгары выступили против Сербии и Греции. К противникам Болгарии присоединились Румыния и Турция. Болгарская армия была разбита.

В конце июля в Бухаресте был заключен мир, по которому Болгария теряла не только большую часть своих завоеваний, но и некоторые свои исконные владения.

После двух войн 1912-1913 гг. положение на Балканах создалось напряженное. Болгария мечтала о реванше, Сербия - о создании Великой Сербии, Австрия ждала удобного момента, чтобы уничтожить Сербию.

Но напряженная атмосфера создавалась не только в связи с Восточным вопросом, - Франция, после поражения в 1871 году, мечтала о реванше и была враждебно настроена к Германии. Марокканский конфликт 1911 г. еще больше обострил взаимную вражду.

Вековой враг России Англия, видя быстрый военный, экономический и политический рост германской мощи, поняла, что не Россия, а Германия является ее главной соперницей, и пошла на сближение с Россией. В 1907 г. было подписано соглашение относительно неприкосновенности Афганистана и разграничения сфер влияния в Персии. В результате, в противовес "Тройственному союзу", было создано "Тройственное соглашение" - Россия, Франция и Англия.

В 1910 г. Россия заключила соглашение с Японией. Были разграничены сферы влияния на Дальнем Востоке. Россия получила преобладание в северной Маньчжурии и Внешней Монголии, Япония - в южной Маньчжурии и Корее.

В связи с международным напряжением Россия решила реорганизовать и усилить свои армию и флот. Программа перевооружения должна была закончиться к концу 1917 года.

Как мы видели, положение создалось напряженное, и, несмотря на то, что русское правительство принимало всевозможные меры, чтобы предотвратить военное столкновение, избежать его не удалось.

 

2.3 - I МИРОВАЯ ВОЙНА

15 июня 1914 г. в городе Сараево был убит наследник австро-венгерского престола Франц-Фердинанд. Обвинив в этом убийстве сербскую национальную организацию, 10 июля австрийское правительство предъявило Сербии ультиматум с требованиями, нарушающими ее суверенитет. Австрия потребовала предоставления ей права произвести расследование по делу убийства на территории Сербии. Сербия обратилась за помощью к России. Зная миролюбивые настроения Государя, Совет министров постановил "Посоветовать Сербии не противодействовать вооруженному вторжению, если таковое последует, и заявить, что Сербия уступает силе и вручает свою судьбу на решение Великим Державам".

Государь утвердил это постановление. Одновременно Совет министров заявил: "Правительство России зорко следит за развитием сербо-австрийского столкновения, к которому Россия не может оставаться равнодушной".

По совету России, Сербия на австрийский ультиматум ответила нотой, которую даже имп. Вильгельм счел "полной капитуляцией". Несмотря на это, 15 июля Австрия объявила Сербии войну.

Узнав об этом, имп. Николай II посоветовал министру иностранных дел Сазонову, не теряя времени, обратиться к Гаагской конференции. Попытка России вступить в переговоры с Австрией не имела успеха, - Австрия категорически от переговоров отказалась. Тогда Государь решил воздействовать на нее через Вильгельма, но и это ни к чему не привело.

После долгих колебаний, под давлением Сазонова и начальника Генерального штаба, Государь согласился на объявление мобилизации, что и было сделано в ночь на 18 июля. Ограничиться мобилизацией только военных округов, граничащих с Австрией, было невозможно, - Варшавский военный округ, на территории которого должны были сосредоточиться войска для нанесения удара по австрийской армии, граничит и с Германией. Но и тогда еще, не теряя надежды на мирное разрешение конфликта, Государь продолжал вести переговоры с Вильгельмом.

Узнав о мобилизации русской армии, Вильгельм ультимативно потребовал ее отмены, дав на ответ всего 12 часов. Но остановить мобилизацию уже было невозможно. 19 июля в 7 часов вечера германский посол граф Пурталес вручил русскому правительству ноту с объявлением войны.

Франция, во исполнение своих союзнических обязательств по отношению к России, 21 июля тоже вступила в войну. Италия, сославшись на то, что войну начала Германия, а не ее противники, объявила нейтралитет.

Германия для обходного нападения на Францию вторглась в пределы Бельгии, нарушив ее нейтралитет. Это дало Англии повод объявить войну Германии.

В отличие от Японской войны, которая была непопулярной, война 1914 г. вызвала у населения взрыв патриотизма. Война началась во имя защиты единоверного и единокровного сербского народа. В Русском народе веками воспитывалось сочувствие к младшим братьям славянам. Ради их освобождения от турецкого ига было пролито немало русской крови. Рассказы и легенды об этом еще сохранились в народе, - со времени последней Русско-Турецкой войны прошло всего лишь 36 лет. Теперь немцы грозили уничтожением сербов - и те же немцы напали на нас.

В день объявления манифеста многотысячная толпа собралась перед Зимним дворцом. После молебна о даровании победы Государь обратился к народу. Это обращение он закончил торжественным обещанием не заключать мира, пока хоть одна пядь русской земли будет занята врагом. Когда Государь вышел на балкон, воздух огласило громовое ура, и толпа стала на колени. В эту минуту произошло полное единение царя с народом.

С объявлением мобилизации сразу прекратились все забастовки. Рабочие, которые накануне устраивали демонстрации, строили баррикады и кричали "долой самодержавие!", теперь пели "Боже царя храни", неся царские портреты.

Выступить против войны, назвать себя пораженцем или большевиком значило быть избитым толпой рабочих, а может быть и убитым, - вспоминает один из рабочих-большевиков.

96% подлежащих призыву в армию явились к воинским начальникам. Многие из них отказывались от медицинского осмотра, заявляя, что они годны для военной службы и не хотят напрасно отнимать время у приемной комиссии.

В заседании Государственной Думы 26 июля обнаружилось полное единение с правительством всех партий, за исключением с.д. Дума единогласно (с.д. воздержались от голосования) одобрила военные кредиты.

Земские и городские самоуправления сразу взяли на себя помощь по обслуживанию санитарных и других нужд армии.

Верховным главнокомандующим русской армии был назначен вел. кн. Николай Николаевич. Он пользовался огромной популярностью как в армии, так и в народе. О нем ходили легенды, ему приписывали чудодейственную мощь. Все верили, что он приведет Россию к победе. Его назначение на пост Верховного главнокомандующего Россия встретила с восторгом. Не только подчиненные ему военные, но и гражданские лица, включая министров, уважали его и побаивались.

Вел. князь был не просто любителем военного дела; он получил высшее военное образование и имел большой стаж - прошел фактически всю военную службу, от младшего офицера до командующего Петербургского военного округа и председателя Совета государственной обороны.

Россия вступила в войну неподготовленной. Но в этом не было виновато ни правительство, ни высшее командование. Со времен Японской войны была проделана большая работа по реорганизации и перевооружению армии и флота, которая должна была закончиться в 1917 году; война же началась тремя годами раньше.

Территория России во много раз превышает территорию как Германии, так и Австро-Венгрии, а ее железнодорожная сеть развита значительно слабее. Вследствие этого сосредоточение русской армия продолжалось около трех месяцев, в то время как германская и австро-венгерская армии были развернуты уже к 15-му дню мобилизации. Поэтому немцы, рассчитывая на то, что Россия не сможет оказать своевременной помощи своему союзнику, решили сперва разгромить французскую армию и принудить ее к капитуляции, а затем всеми силами обрушиться на Россию.

Начальник австро-венгерского Большого генерального штаба ген. Конрад фон Гетцендорф, считал первоначальной стратегической задачей вторжение главной массы австро-венгерских войск в район между Вислой и Бугом, с целью разбить собирающиеся там русские вооруженные силы1.

Французский генеральный штаб, исходя из идеи, что только наступление может принести успех, решил сразу же начать энергичное наступление, и этим не только парировать инициативу немцев, но и вырвать ее из их рук.

Согласно русско-французской конвенции, подписанной в 1892 году, в случае нападения Германии на Францию Россия обязалась оказать ей помощь. После совещания начальников генеральных штабов происходивших с 1910 по 1913 г., было достигнуто окончательное соглашение, по которому союзники обязались атаковать немцев одновременно. Французы обещали на 10-ый день мобилизации сосредоточить на германской границе полумиллионную армию и на 11-ый день начать наступление. Начальник Русского генерального штаба ген. Жилинский обязался сосредоточить против Германии не менее 800 тысяч и начать наступление на 15-ый день мобилизации. Основной целью союзных войск должно быть поражение германских сил, так как, по мнению французского командования, австро-венгерские силы не заслуживают серьезного внимания.

Еще в 1912 г. русский военный министр ген. Сухомлинов договорился с ген. Жоффром, что русская армия, чтобы привлечь на себя возможно больше германских сил, поведет наступление по кратчайшему направлению на Берлин2.

Нашему генеральному штабу при составлении плана войны предстояло выбрать направление для нанесения решительного удара по врагу.

Кратчайшая операционная линия шла через Познань на Берлин. Но такое направление наступления ставило наступающую нашу армию под удар с обоих флангов: из Восточной Пруссии и из Галиции, и она могла попасть в "мешок". При наступлении на Вост. Пруссию немцы могли отойти за Вислу, которая для русских войск представляла почти неприступную преграду: на ней было 4 сильных крепости, сохранявших в руках врага переправы через реку. В то же время в нашем тылу немецкая крепость Кенигсберг являлась плацдармом, из которого подвезенные морем немецкие войска могли ударить нам в тыл. Третье направление - на Галицию, представлявшую единственное место, где австрийцы могли развернуть свою армию против России, была отрезана от остальной территории Австро-Венгрии Карпатскими горами. При этом главные коммуникационные пути австро-венгерской армии, развернувшейся в Галиции, проходили по узкой полосе местности, стесненной сблизившимися здесь Карпатами и Вислой. Русский главный удар, направленный в этот перешеек, ставил австро-венгерскую армию в критическое положение и открывал нам путь в верхнюю Силезию, уголь которой был жизненно необходим нашим противникам для ведения войны. Немцы не могли допустить этого, и для оказания помощи своему союзнику были бы вынуждены перебросить на этот участок фронта не только часть своих войск из Вост. Пруссии, но и с западного фронта.

Для успешного проведения этой операции русское командование должно было бы отказаться от наступления на Познань - Берлин и, оставив на границе с Вост. Пруссией лишь необходимое для обороны количество войск, бросить все свои силы на Галицию и разгромить противника до прибытия немецкой помощи. Для этого у нас было достаточно сил: против 42-47 австро-венгерских дивизий мы могли выставить 52.

В первый день нашей мобилизации, 18 июля, от нашего военного агента в Париже полк. гр. Игнатьева была получена телеграмма, в которой он сообщал, что французское правительство твердо решило идти на войну, и что оно рассчитывает, что все наши усилия будут направлены против Германии и что Австрия будет рассматриваться как "нестоющая величина (une quantite negligeable)". На следующий день от Игнатьева пришла вторая телеграмма, уведомлявшая наше командование, что французы продолжают считать операционную линию Варшава - Познань - Берлин наиболее выгодным направлением нашего наступления.

23 июля французский посол в Петербурге Палеолог обратился к Государю с мольбой о скорейшей помощи, иначе французская армия будет раздавлена.

Во исполнение желания французского правительства направить наш удар в направлении Варшава - Познань - Берлин за счет ослабления войск, предназначенных для борьбы на Северо-Западном и Юго-Западном фронтах в районе Варшавы была сформирована особая группа войск - IX армия.

Сосредоточив на французской границе 79% своих вооруженных сил, немцы обрушились на Северную Францию и стремительно двигались к Парижу.

В ответ на очередную мольбу Палеолога об оказании помощи наш министр иностранных дел Сазонов сказал, что хотя наше высшее командование и "отдает себе отчет о том, что наше поспешное наступление на Восточную Пруссию осуждено на неизбежную неудачу3 ... но, так как мы не имеем права дать погибнуть нашему союзнику, то, несмотря на неоспоримый риск предпринимаемой операции, наш долг немедленно наступать, что великий князь и приказал".

Великий князь Николай Николаевич не принимал участия в подготовке плана войны, поэтому, возглавив армию, во избежание внесения замешательства и путаницы в выполнение первоначальных боевых заданий, он не считал возможным вносить в них какие-либо изменения, а действовал в соответствии с уже существующим планом. Не дожидаясь сосредоточения русских сил, он бросил в наступление на Восточную Пруссию две армии: одну, под командой ген. Ренненкампфа, которая должна была наступать в западном направлении, в обход Мазурских озер с севера и вторую, в обход Мазурских озер с запада, ставя ей задачу отрезать путь к отступлению немцев к Висле. Вначале наступление развивалось успешно. Наша первая армия под Гумбиненом нанесла серьезное поражение армии ген. Притвица и заставила его отступить. В то же время вторая армия ген. Самсонова перешла южную границу Восточной Пруссии. Боясь попасть в русские клещи, ген. Притвиц отдал приказ об отступлении. Но германское Верховное командование отменило этот приказ. Ген. Притвиц был смещен. На его место был назначен ген. Гинденбург, а начальником его штаба - ген. Людендорф.

Положение германской армии было очень тяжелым, почти критическим. Но армия ген. Самсонова, ведя форсированное наступление, оторвалась от своих баз и не успела войти в сорпикосновение с армией Ренненкампфа, который, имея против себя лишь кавалерийский заслон, бездействовал 4. Это дало возможность Гинденбургу все силы бросить против армии Самсонова.

Русские войска, расходясь веером, теряя взаимную связь, шли вперед, не имея данных о противнике (разведка была организована плохо). Штабы некоторых частей, стремясь восстановить утраченную связь, посылали радиограммы не зашифрованными, давая этим противнику данные о своем местонахождении и намеченных передвижениях.

В разгаре наступления ген. Артамонов, командовавший левофланговым корпусом, неожиданно, не предупредив штаб армии, отвел его на целый переход назад, и этим дал возможность немцам зайти в тыл русской армии.

В самый критический момент битвы ген. Самсонов выпустил из рук оперативное управление армией. Передав командование начальнику своего штаба, он отправился на передовую линию.

Армия ген. Самсонова была окружена и почти полностью погибла. Ген. Самсонов застрелился. Остатки его армии отошли к русской границе.

Усилив свои войска прибывшими с западного фронта частями, немцы атаковали армию Ренненкампфа и заставили ее уйти из Восточной Пруссии.

В этих боях русская армия потерпела тактическое поражение и потеряла около 100 тысяч человек. Однако для отражения нашего наступления на Восточную Пруссию германское командование перебросило с Западного на Восточный фронт 2 пехотных корпуса и 1 кавалерийскую дивизию, чем ослабило правое крыло своей армии, которая должна была взять Париж и окружить французскую армию. Так что не будь русского вторжения в Восточную Пруссию, не произошло бы "чуда на Марне". Произошел бы полный разгром наших союзников, которым пришлось бы заключить сепаратный мир с Германией, и Россия очутилась бы один на один с мощным врагом.

Одновременно с неудачей в Восточной Пруссии русская армия одержала блестящую победу над автро-венгерской армией в Галиции. 21 августа наши войска заняли Львов, перешли реку Сан и осадили сильную крепость Перемышль. Вся Галиция была очищена от противника. Нами было захвачено несколько сот тысяч пленных и огромный военный материал.

Австрийская армия была разбита, но не уничтожена. Остаткам ее удалось уйти за Карпаты. Произошло это потому, что в начале нашего наступления правое крыло нашей армии оказалось недостаточно сильным для выполнения возложенной на него задачи - отрезать путь отступления противника на Краков. Лишь 16 августа, когда на этом фронте уже шли бои, вел. кн. Николай Николаевич смог, во изменение плана войны, отдать приказ об отмене наступления на Познань - Берлин и о передаче IX корпуса в распоряжение Юго-Западного фронта. Но время было уже потеряно.

Кроме того, вследствие болезни командующего 3-ей армией ген. Рузского, оперативное руководство армией находилось в руках ген. Драгомирова и полк. Бонч-Бруевича5, который, вопреки приказу командующего фронтом, когда от быстроты нашего наступления зависел исход сражения, остановил продвижение наших войск

Блестящая победа в Галиции не смогла загладить тягостного впечатления от поражения в Восточной Пруссии. Начинается недоверие к собственным силам и правящим кругам. Особенно сильно это отзывается в тылу, где начинают появляться пораженческие настроения.

После неудачи на Марне немцы, перебросив с французского фронта на русский несколько корпусов, в середине сентября повели энергичное наступление с целью отрезать Привисленский край со всеми находящимися там нашими войсками.

Благодаря энергичному вмешательству Верховного главнокомандующего и доблести подоспевших сибирских корпусов, германское наступление было отбито с большими для немцев потерями. Эта победа очень подняла дух наших войск.

В начале ноября, перебросив с французского фронта еще несколько корпусов, немцы предприняли опять наступление на русском фронте. Вскоре 3 зарвавшихся германских корпуса достигли Лодзи и очутились в мешке. Ген. Ренненкампфу было поручено закрыть северный выход из окружения. Возложенной на него задачи он не выполнил (за это он был уволен со службы), и немцы, хотя и с большими потерями, все же вырвались из окружения.

Лодзинской операцией закончилось зимнее наступление немцев. В ней, как и в осеннем своем наступлении немцы не достигли желаемого успеха. Мы же, хотя и не добились крупной победы, но в общем стратегическом плане пришли к положительным результатам - немцам пришлось перебросить с западного на восточный фронт еще восемь дивизий, что значительно облегчило положение наших союзников.

После лодзинских боев обе стороны окопались и до весны 1915 г происходили лишь сражения местного значения.

К концу 1914 г. русская армия достигла больших стратегических успехов. Наша линия фронта для нас улучшилась по сравнению с исходным положением - глубина Польского мешка уменьшилась. Самым же главным было то, что усилиями русской армии был нарушен германский план войны - разбить поочередно Францию и Россию. Однако эти успехи были куплены дорогой ценой. Русская армия потеряла убитыми и ранеными около миллиона человек кадровых войск. Кроме того, в напряженных боях, она израсходовала значительную часть имевшегося запаса вооружения и огнеприпасов.

 

2.4 - КАВКАЗСКИЙ ФРОНТ

В то время, как русская армия предпринимала ряд операций для спасения своих союзников, иногда в ущерб своим интересам, как, например, при наступлении армии Самсонова, последние не проявляли особого рвения в оказании помощи России, и иногда к интересам России относились с преступной небрежностью. Так, союзный флот пропустил через Средиземное море в Турцию два сильнейших германских крейсера: "Гебен" и "Бреслау". Совершенно непонятно, как это могло произойти! Ведь англичане в Средиземном море располагали вчетверо большим числом более сильных и более быстроходных судов. Английский адмирал, преследовавший германские крейсера, вдруг прекратил преследование. В угоду общественному мнению он был отдан под суд, который его оправдал. Однако данные, на основании которых он был оправдан, никогда не были опубликованы.

Для России эта "небрежность"(?) союзников имела тяжелые последствия, - Турция присоединилась к врагам России и в ноябре 1914 г. объявила ей войну. Пришлось часть войск перебросить с австро-германского фронта на кавказский. Но самым тяжелым для России было то, что Турция закрыла выход из Черного моря. Россия фактически была блокирована.

Нападение Турции на Россию было не случайным, - оно было тщательно подготовлено Германией. Вступив на престол, Вильгельм II начал развивать усиленную деятельность по распространению германского влияния на Турцию и другие мусульманские государства.

Еще в 1910 г. русский министр иностранных дел Сазонов в разговоре с имп. Вильгельмом о роли Германии в развитии панисламистского движения сказал ему, что "пока пропаганда эта оставалась исключительно на религиозной почве, т.е. служила проявлением лишь духовной идеи халифата, Россия могла еще относиться к ней без особой тревоги. Но с тех пор, как пропаганда панисламизма приняла политический характер, наше отношение к ней должно измениться. Выступление германского императора в роли покровителя мусульман не может не внушать нам немало беспокойства. Появление нового халифата - "берлинского" - естественно должно беспокоить Россию, насчитывающую свыше 20-ти миллионов мусульманских подданных, и вызывать ее недоверие" (Ю.Н. Данилов. "Великий Князь Николай Николаевич", стр. 222).

К 1914 году Оттоманская империя полностью находилась в зависимости от Германии.

Когда "Гебен" и "Бреслау" вошли в Дарданеллы, Сазонов заявил резкий протест, но окончательного разрыва с Турцией не произошло.

Усиление турецкого флота двумя крупными, самой современной конструкции, быстроходными крейсерами дало ему возможность войти в Черное море. Во главе флота встал энергичный немецкий адмирал Сюшон, и 23 октября, без объявления войны, германские крейсера, под турецкими флагами, совершили нападение на наши приморские города.

В декабре турецкие войска, под предводительством Энвера паши, руководимые его начальником штаба - германским полк. фон-Шиллендорфом, двинулись на Россию. Сосредоточив большие силы, им удалось прорвать наш фронт и вторгнуться в пределы Кавказа.

Считая Кавказский фронт второстепенным, наше Верховное командование оставило там незначительные силы, с тем, что впоследствии они пополнятся войсками Туркестанского и Омского военных округов. Вследствие этого наше положение на этом фронте оказалось настолько тяжелым, что вел. кн. Николаю Николаевичу пришлось обратиться к англичанам с просьбой для облегчения нашего положения произвести давление на Турцию в одном из наиболее уязвимых для нее мест.

Несмотря на огромное превосходство турецких сил, наши войска под командой доблестного генерала Юденича в упорных и ожесточенных боях под Ардаганом и Саракомышем наголову разбили турок. Остатки их армии были отброшены в горы, где лютые морозы и бездорожье докончили их уничтожение.

Это поражение произвело на турок настолько сильное впечатление, что Кавказ оказался надолго обеспеченным от угрозы нового нашествия, а русские войска в дальнейшем перенесли боевые операции на турецкую и персидскую территории.
 
ОГЛАВЛЕНИЕ
НАЗАД
ВПЕРЕД


dr60izm21.html,  (I:й вып.:15фев04),  15фев04
НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ
НАВЕРХ