Церковь, Русь, и Рим

Н. Н. Воейков

Глава IV. РИМ В СРЕДНИЕ ВЕКА
1. Григорий VII, Иннокентий III и инквизиция


Прошло 19 лет и на папский престол вступил, наконец, Гильдебранд, под именем Григория VII (1073—1085). Не стесняемый больше призраком Вселенской Церкви, он торжественно объявил миру (урби ет орби), что все цари земные являются ему подчиненными, так как мир принадлежит Христу, а управлять миром поручено папе как Наместнику Христа. "Если Святой Престол, — писал он епископу Герману Мецскому, — имеет власть от Бога решать духовные дела, то почему же не может он решать и светские? Разве Господь, сказав Петру: "Паси овцы Моя", сделал какое-либо исключение для царей? Епископство настолько выше королевского достоинства, насколько золото выше свинца. Константин это хорошо понял, заняв последнее место среди епископов" ("Полная история пап", Ланфре, с. 109). Придя к таким заключениям, папа стал требовать от императора Генриха IV уничтожение инвеституры (см. гл. II, § 4), учрежденной Отгоном. Как мы указали, в эпоху свирепствовавшего в X в. произвола при выборах пап, этот император снова ввел в обычай утверждение императором назначаемых епископов. В знак этого император, король или герцог вручал новоизбранным хартии на их ленные владения, а также кольцо и посох. Григорий приказал освободить духовенство от ленных обязанностей в отношении государей, но владения сохранить за церковью. Таким образом, значительная часть Европы, превратившись в церковные имения, сделалась непосредственно зависимой от него, папы. Такой порядок полностью ответил бы желанию авторов "Декреталий"

Однако Генрих отказался исполнить эти требования. Тогда папа поспешил отлучить его от церкви, объявил его низверженным с престола и разрешил всех его поданных от данной ему присяги

Эти меры вызвали недовольство среди итальянского и германского духовенства. В Павии и Вормсе были созваны поместные соборы, объявившие Григория еретиком и решившие лишить его сана. Нужно сказать, что многие реформы папы, в особенности безбрачие духовенства, вызвали среди клира явное недоброжелательство. Ломбардия выступила в защиту Генриха против папы. Император во избежание народных брожений решил, наконец, смириться, поехал в Каноссу, где пребывал Григорий, и в продолжении трех суток малодушно умолял папу его простить

Григорий не удовольствовался этой победой и стал отлучать от церкви такое множество лиц, что вскоре вынужден был приняться за регламентацию своих анафем, иначе общественные сношения сделались бы невозможными

Когда Братислав, король Богемии, обратился к нему за разрешением совершать службу по-славянски, папа ответил ему: "Поразмыслив внимательно, кажется, что Бог желал, чтобы Священное Писание оставалось в некоторых местах темным, из опасения, чтобы при ясном его понимании оно не впало бы в презрение, а худо перетолкованное не ввело бы в заблуждение людей посредственного ума". Аббат Флери по этому поводу замечает: "Мы видели, однако, что во времена самой здравомыслящей древности и в века наиболее просвещенные Св. Писание читалось и службы совершались на языке, употребляемом в каждой стране. Запрещения подобного рода начинаются с Григория VII"

Вскоре папа снова поссорился с императором и вторично отлучил его. На этот раз Генрих не попал врасплох, а созвал поместный Собор в Бриксене, который осудил папу за деспотизм и низложил его. На его место был выбран Гиберт, архиепископ Равеннский, под именем Климента III (1080)

Григорий, видя нараставшее против него в Риме возмущение, принужден был бежать. Он умер в изгнании. Так кончилась карьера Гильдебранда, до глубокой старости сражавшегося за престиж папского престола

Его точка зрения касательно власти папы изложена в знаменитых ''Письмах" и в "Диктатус Григории". Этот труд послужил для Римской курии подлинным законодательством, и она сделала его обязательным для Западной Церкви

Альвар Пелагий учил, что Римская церковь может переносить царства и низлагать государей с их престола. Григорий писал: "Если судятся, когда нужно, духовные мужи, то почему не удерживать тем более и светских от их несправедливых действий? Может быть, думают, что царское достоинство выше епископского? Но царское — изобретено человеческой гордостью, а епископское установлено торжественной любовью. Первое гонится беспрестанно за пустой славой, а второе всегда стремится к вечной жизни"

Гонорий Августидондус считал, что раз священство по праву установило царство, то по праву царство должно подчиняться священству

"Католицизм, — пишет проф. Зызыкин, — стремится основать общечеловеческое царство (цивитас Деи), которое соединило бы человечество в один организм с одной главой. Но при одностороннем понимании христианства (воспринятого преимущественно со стороны внешней законности, подобно иудаизму) это естественное и законное стремление вырождалось в тиранию, против которой восставали национальные царства

Поняв христианство как новую политическую теократию, наподобие ветхозаветной, католицизм при своей объединительной деятельности выступил не столько в качестве церковной власти, сколько в качестве могущественной империи, имеющей поглотить все народы и государства

Григорий объявил, что единственный государь, власть которого от Бога, — есть папа, а отдельные государства суть порождения неправды и язычества, разбоя и содействия диавола" (М.В.Зызыкин. "Патриарх Никон", 1934, ч. 1, с. 310-311)

Урбан II (1088-1099), француз, воспитанник Гильдебранда, стал вдохновителем крестовых походов, имевших целью освобождение Гроба Господня от ислама

Увы! Столь святое намерение породило немало злоупотреблений при его осуществлении. Несметное число принцев, рыцарей и вельмож воспользовались крестовыми походами в корыстолюбивых целях, в ущерб покоренных стран мусульманских и православных

Что касается пап, то для них крестовые походы явились, между прочим, средством добиться воссоединения "схизматиков"- греков с престолом св. Петра. Мысль эта опять-таки принадлежала Григорию VII, придумавшему крестовые походы, о которых он рассуждал с Урбаном и другими его учениками. Рим не мог забыть неудачу 1054 г., повлекшую за собой отделение Западной Церкви от Вселенской, в чем папы обвиняли ненавистных греков

Мы укажем позже, во что вылилась идея Гильдебранда и какие бесчестия причинили крестоносцы православной Византии и Восточным патриархатам (которыми они завладели, грабя и оскверняя храмы и обители)

Для поощрения записи наибольшего числа крестоносцев, церковь гарантировала участникам походов следующие привилегии: освобождение от выплаты процентов занятых сумм, освобождение от платы долгов, освобождение от всех налогов, свободное распоряжение имуществом и землями без согласия на то сюзеренов, покровительство св. Петра над семьями и имуществом воинов, обидчики коих подлежали анафеме, освобождение от гражданских судов, дарование каждому крестоносцу полного отпущения грехов без всякой епитимий с момента его записи в поход

Заметим, что Урбан II был первым папой, начавшим раздавать так называемые "индульгенции" (см. § 5)

Кроме того, жертвователям на крестовые походы определены были особые духовные привилегии, о чем речь ниже

Историк Флери замечает, что как Николаю I предшествовали подложные "Декреталии", а Григорию VII — трактат, посланный Керулларию, так Иннокентию III (1198—1216) предшествовал сборник Грациана, озаглавленный "Соглашение противоречий в канонах"

Грациан был итальянским монахом; в 1151 г. он составил "Коллекцию папских декретов". По свидетельству аббата де Феллер, в этот сборник Грациан включил также и "Исидоровские Декреталии" и другие сочинения того же типа. Потребовался целый ряд ученых, чтобы исправить этот труд. Между прочим, этим занимался Антоний Августин, посвятивший своему разбору целый трактат "Де емендационе Грациани" ("Об очищении Грациана"). Основное лжеучение, проводимое в этом сборнике, заключалось в том, что Церковь, олицетворенная папой, ставится выше своих собственных определений: ничто не может и не должно ее связывать, так как, обладая постоянным откровением, она не объясняет, а сама творит истину без прегрешения. Папа же ставится выше всех церковных канонов и земных властей. "Сознаем добросовестно, — пишет аббат Флери, — что Григорий VII и Иннокентий III, обманутые такими сочинениями и дурным толкованием тогдашних богословов, слишком далеко простерли свою власть и, желая ее возвеличить, сделали ее ненавистной: нельзя оправдать крайностей, причины и пагубные последствия которых нам известны... Нельзя же поверить, что будто бы папы осознали свои права и стали ими пользоваться лишь тогда, когда жизнь их стала менее примерной, а нравы их паствы развратились больше прежнего" (Ibid., т. XVI, п. 37-38)

Иннокентий в свою очередь провозгласил, что ему одному как "Наместнику Христа" принадлежит высшая духовная и светская власть и что император является лишь ленным владельцем, зависящим от Церкви

Начиная с Григория VII до Аалександра III (1159—1181), папы именовались "Викариями св. Петра". Иннокентий ввел сохранившийся до наших дней титул "Викария Иисуса Христа". Этим самым он подчеркивает лишний раз, что только один папа является облеченным полнотой власти на земле, а остальные епископы должны быть лишь его помощниками и подчиненными его трону

Грацианов "Декрет" явился основой и первоисточником для всех папских декреталий, обнародованных с 1159 по 1320г. Согласно Грациану, "Святейшая Римская Церковь преподает канонам право и власть, сама не будучи ни в коей степени ими связана". Он сравнивает пап, повинующихся канонам, с Христом, соблюдающим закон и одновременно остающимся Господином закона (Кауза XXV, квест. I, с II, 12,16)

Вся последующая история Запада проистекает из этих принципов, которые объясняют вражду между "вселенским" государем-папой и европейскими государями и императорами, защищающими свои права и владения от римских посягательств

Овербек пишет: "Великая пропасть между папством и государством и непримиримая вражда между государством и Церковью, могут ли быть в плане Божественного домостроительства? Если бы Римская церковь оставалась в пределах апостольского предания, если бы она сохранила собственное свое каноническое правило и невмешательство клира в светские дела, то и не было бы папского главенства с его хвостом пагубных учений и узурпации, Восток не отделялся бы от Запада, не было бы реформации с ее неверием, и Церковь и государство не были бы безнадежно отделены друг от друга. Кто сделал государство антихристианским? — Папа. Он присвоил себе одно за другим права государства. Это охладило доверие государства к Церкви. Государство вынуждено было бдительно наблюдать за поведением главы Церкви. Это недоверие подорвало церковную деятельность. То, что вызвало реформацию наружу, давно уже было в полном цвету. Государство стало вторгаться в область церковную — папа показал ему пример. Государственное главенство есть естественное последствие главенства папского, есть обратный удар и возмездие за то, что "государство было порабощено Церковью"

Как мы увидим, уже в XIII в. гениальный Данте, учитывая вред "папоцезаризма" для Запада и его культуры, стремится подчинить папу императору в светских делах ("Де Монархиа"). Папский деспотизм в политике он рассматривал как первопричину всех бедствий, обрушившихся на Европу в ту эпоху. Светскую власть папы он осуждал, усматривая в ней "чрезмерное усердие папы" (зело клавиум)

Каковы же оказались результаты Грациановских принципов? Прежде всего, возродилась языческая идея государства. Проф. Зызыкин замечает: "Современные теории правового государства учитывают Церковь как элемент, лишний для государства, и, проповедуя отделение Церкви от государства, отделяют его от высшего назначения, даваемого ему Церковью, и низводят Церковь до положения общества, по меньшей мере безразличного для государства, не имеющего основания для получения услуг со стороны государства и помощи. Явилось учение, отвергающее связь государства с Церковью и через это с конечными целями его существования собственного" (М.Зызыкин, op.cit.)

Итак, с "Диктата" Гильдебранда до "Силлабуса" Пия IX, провозгласившего косвенную власть папы — учением Церкви (§ 24), а папу непогрешимым в вопросах "веры и нравов", мы можем проследить весь путь римского абсолютизма, тот чисто земной, языческий идеал, ради которого Рим порвал с Вселенской Церковью и принял "Исидоровы Декреталии"

После Вонифатия VIII, о котором будет сказано ниже, Климент V (1305—1314), первый Авиньонский папа, в булле "Пасторалис" утверждает, что Христос передал в лице св. Петра всю полноту власти папе и что он, Климент, вступает в управление империи после смерти императора Генриха VII в силу верховенства, присущего власти св. Престола (Филь, III, с. 159)

То же проповедует и его преемник Иоанн XXII (1316— 1334), считая, что царство земное, как и духовная власть на земле, принадлежат папе как наследнику Петра (гл. III, с. 160)

Современный католический канонист Филипс, пишет: "...Среди апостолов Христос избрал Симона Ионина и даровал ему полноту власти, сделав его основным камнем Церкви, центром вселенной" (Philips. "Le Droit Ecclesiastique", т.1, с.59). И далее: "...Христос хотел учредить в Церкви видимую власть, Его представляющую" (там же, п.64). "Сказав Петру: "Ты, Петр...", Спаситель поставил его на Свое место как основу всего апостольства. Вот основа, на которой покоится Церковь, на которой возвышается великолепное здание, в которое Христос вложил Свои сокровища, полноту власти и Свои Царские права" (там же, с. 68). "Епископат, следовательно, происходит от апостолов через Христа, но, как и сами апостолы, как и вся Церковь, он имеет своей основой Петра, который является представителем и викарием Христа, Им поставленным" (там же, с. 50) "...В Петре следует всегда усматривать его двойное значение: апостола и князя апостолов"... "Хотя, несомненно, Христос даровал всем апостолам, включая и Петра, полноту власти, сказав: "Как послал Мя Отец и Аз посылаю вы" и "Дана Мне всякая власть на небеси и на земли", однако верховную власть Он дал только апостолу Петру"... "Преемник Петра, единый во всем мире, сохраняет главенство, каковое исключительно только ему было даровано с первых времен, а кроме того, полноту апостольской власти. Непогрешимость в учении каждого из апостолов не передалась всем их преемникам; это драгоценнейшее наследие передалось только одному преемнику Петра, за веру которого (и единственно его одного) Христос молился, чтобы он укрепил в ней своих братьев". "...Ни один из епископов, за исключением преемника Петра, не имеет права существовать сам по себе; они — все члены единого тела — епископата и могут действовать только в согласии в его главой". "...Петр и все его преемники — это государи, управляющие Церковью как наместники Христа" (там же, с. 79, 84, 115, 123)

Увлеченный папской теорией, Владимир Соловьев писал в 1888 г. в католическом журнале "Л'Юнивер", что с тех пор Кесарь, дабы узаконить свою власть, должен сделаться полномочным представителем Того, Кому дана всякая власть на земле; так как папы получили полноту власти и ключи Царства от Христа через апостола Петра, то этому общему вождю должен повиноваться всякий христианский государь и от него получать свою власть..."Согласно учению "Силлабуса" Пия IX, истинно католический государь должен быть орудием папы",—писал Овербек

Едва ли следует подчеркивать разницу между православным и латинским пониманием церковной власти. Как замечает проф. Зызыкин, Рим возвел себя сам на степень Вселенской Церкви, будучи лишь поместной церковью. Его видимый предстоятель — папа сделался единственным хранителем и источником благодати Святого Духа

Православная же Церковь возглавляется патриархом, который является лишь высшим предстоятелем своей поместной церкви, ограниченный не только собором иерархов, к данной церкви принадлежащих, но и другими поместными церквами, а кроме того, еще и основными канонами Церкви, не подлежащими изменению без Вселенского Собора. Понятие развития догматов, допускаемое в Римской церкви, совершенно чуждо Православию, идея которого: соблюдение установленных догматов и духа древнейших канонов. То, что западным богословам, например о.Жюжи, кажется слабостью, узостью и отсталостью, является, наоборот, свидетельством огромной духовной мощи и твердости Вселенской Церкви, сохранившей в апостольской чистоте святоотеческое учение

"Благодаря этому "консерватизму", Православная Церковь не знала возникновения внутри ее учреждений, посягающих на светскую власть в государстве" (М.Зызыкин, с. 282-283)

Проф. Беляев пишет: "Идея догматического развития, присущая издавна католицизму, проявилась там давно, но ясно сформулирована впервые кардиналом Ньюманом (1801-1890). Согласно этой теории, Церковь имеет власть не только расширять свои вероопределения посредством придачи новых положительных истин, познание коих вырастает с течением времени из источников, заключающихся в Священном Писании

Так и теория папского верховенства могла быть некогда в виде дремлющего семени или неопределенного сознания местной Римской церкви, а впоследствии вылиться в догмат

Напротив, Православная Церковь исходит из того, что христианство возвестило истину абсолютную, навеки неизменную и не подлежащую ни поправкам, ни усовершенствованиям. Что христианское учение во все века тождественно в своем содержании, что Церкви дано обетование, что Дух Святый восполняет преподанное Господом, но не дано обетование новых откровений

Принцип Предания, которого держится Православная Церковь, исключает принцип догматического прогресса. Принцип Предания охраняет сокровищницу веры от посягательств на ее истины и считает, что вся совокупность церковных догматов относится ко времени основания Церкви, что задача Церкви — передавать то учение, которое завещано Спасителем через св

апостолов; прогресс с этой точки зрения — не в развитии дог матов, а в степенях усвоения человеком Богооткровенной Истины. Этот прогресс вовсе не предполагает прогресса в объективном содержании догматов

Между тем, по теории развития, прогресс состоит в материальном приращении откровенных истин. Принцип же Предания считает, что Церкви не дано творить истину, а лишь хранить ее в неприкосновенности, что и делали Вселенские Соборы, имевшие дело с истиной готовой, так что вероопределение их имеет не прогрессивный, а охранительный характер

Разъяснение догмата на Вселенском Соборе не прибавляло ничего к полноте церковного учения, а касалось лишь выражения той или иной истины во времени, так что словесное выражение истины только приобретало большую точность и полноту. Формулы Соборов лишь ставили еретикам преграды в искажении истины. Богооткровенная же Истина сама считалась обязательной не только после, но и до вероопределения на Соборе" ("Католицизме", Беляев, с. 22-65)

Французский канонист Овербек очень ясно определяет различие между Православием и Католицизмом в отношении развития догматов: "В Православной Церкви нет вырастания учения в догмат. Если по требованию времени некоторые догматы, хотя и существовавшие прежде, были более выдвинуты на вид, то мы не можем усматривать в этом черты развития, так как все содержание догматов при этом не изменилось. На Западе развивают и расширяют догматы; на Востоке только констатируют догматы и постепенно,с течением времени и по мере возникновения сект, более ясными выражениями устраняют новые сомнения'''Emile Olivier. "L'Etat et I'Eglise dans leConcilede Vatican", p. 128-130)

Папа весь погрузился в политику и стал вмешиваться в дела королей, поддерживая в их ссорах того, кто казался ему могущим быть полезным Риму. Так, он поочередно покровительствовал то Фридриху Швабскому, то Оттону Брауншвейгскому. Желая показать миру свое могущество, он воспользовался разводом французского короля, Филиппа-Августа, чтобы наложить интердикт на всю Францию. В чем состояло это наказание? Все церкви запирались, во всей стране не совершалось ни браков, ни крестин, ни погребений и только для одних крестоносцев, отправляющихся в поход, разрешалось совершать литургию шепотом. После восьми месяцев король смирился и запер жену свою в Этампский замок. Такой же интердикт был наложен на землю герцога Фландрского

Король Англии, Иоанн Безземельный, посмел протестовать из-за того, что папа назначил архиепископа Кентерберийского без его согласия. Папа немедленно наложил интердикт на Англию, а Иоанна решил лишить престола. Король испугался до такой степени, что даже изъявил готовность передать свое государство папе, а кроме того, в знак вассальной зависимости, выплачивать ему ежегодно тысячу марок-стерлингов, помимо лепты св. Петра. Видя такое раболепство, Иннокентий написал Иоанну следующее: "Кто навел Вас на такое решение? Кто, как не Божественный Дух, Который дышит, где хочет? Вы теперь владеете своими царствами гораздо тверже и прочнее, потому что они стали принадлежать Церкви" ("Полная история пап", Ланфре, с. 196)

Однако англичане, возмущенные папским деспотизмом и слабостью короля, заставили Иоанна подписать им "Великую Хартию", гарантирующую по сей день независимость Англии от других государств. Заметим, что в то время в Англии еще существовали женатые священники (Fleury. "Histoire Ecclesiastique", t. XVI, с. 196)

В богословии папа показал свое невежество, неожиданно объявив, что 5-я книга Моисея, поскольку она называется "Девтерономос", т.е. "Второзаконие", обязательна для Церкви, которая является второй Церковью. Если допустить, что Иннокентий читал Второзаконие, то для Римской церкви стало бы обязательным употребление известных кушаний, ношение определенных одежд и к ней применялись бы карательные законы Моисея; кроме того, разрешалось бы разводиться с не нравящейся женой и брать другую. Тогда папа впал бы в еще большее заблуждение, чем Целестин 111(1191-1198), его предшественник, допускавший расторжение брака, когда один из супругов впадал в ересь

Царствование Иннокентия III ознаменовалось созданием инквизиции. Как замечает А.С.Хомяков, методы инквизиции для борьбы с ересями не были новшеством для Запада. Уже в IV в., св. епископ Мартин, ученик св. Илария, восставал против архиереев, жестоко преследовавших еретиков "присциллианистов" (De Montalembert. "Les Moines d'Occident", v.II, p. 239-240). В Трире их судили и казнили безжалостно. В Испании, начиная с VI в., чисто инквизиторские действия проводились по постановлению поместных испанских соборов. После еретиков там жестоко расправлялись с евреями, затем с маврами. Иннокентий III лишь оформил и узаконил это, создав "святую" инквизицию

Этот священный трибунал, или "санктум официум", непосредственно подчинялся папе и обслуживался монахами ордена св. Доминика. Инквизиции принадлежало право суда и расправы над всеми, заподозренными в отклонении от истинной веры, без различия происхождения или пола. Достаточно было простого доноса, чтобы попасть в когти этой "папской чека". Чтобы добиться сознания обвиняемых, инквизиция пользовалась вполне усовершенствованными по тем временам орудиями пытки, до костра включительно. "Аутодафе" озаряли кровавым светом все средневековье. Инквизиторы работали повсюду; особенно пострадали от них Франция и Испания. Среди миллионов, ею умученных и сожженных, выделяются образы проповедника Савонаролы, о котором мы расскажем своевременно, и великого ученого астронома Галилея, которого Римская церковь пытками заставила отречься от своей гениальной теории, признанной инквизицией еретической. Более пятидесяти пап рядом булл и декретов подкрепили это зловещее учреждение, противное духу Христианской Церкви. Еще в прошлом веке, по случаю канонизации некоторых инквизиторов, в Риме торжественно были отмечены заслуги "святой оффисии" перед католичеством

При этом же папе во Франции вспыхнула ересь так называемых альбигойцев. Первоначально это были жители южного городка Альбы, постепенно распространившие свое учение и дальше. Под влиянием все возраставшего папского деспотизма и безнравственного поведения клира альбигойцы отказались признавать папу главой Церкви и стали проповедовать возврат к прежним традициям. Папа приказал истребить еретиков и созвал против их городов и крепостей крестовый поход. Крестоносцы, а за ними инквизиторы, проявили в отношении альбигойцев жестокость, затмевающую зверства древних кесарей

Легаты писали папе: "При взятии города Безье наши умертвили около 12.000 человек без разбора поля и возраста. Город разграблен и сожжен". К концу похода число жертв достигло 200.000 человек. При взятии замка Минербы в Каркасонской епархии сто сорок альбигойцев сами бросились в разведенный для них костер; при взятии Лавура их было сожжено триста, причем владетельницу замка бросили в колодезь, завалив камнями" (Флери, с. 264)

В последующих веках инквизиция усовершенствовала свои орудия пыток. Историк Мишлэ описывает каменный эшафот, построенный у ворот Севилии, украшенный гипсовыми статуями пророков: внутри статуи эти были пусты и в них сжигали еретиков. За один год 1481-й в Севилии сожжено их было 2000. В Испании в то время работало четырнадцать трибуналов инквизиции, и Мишлэ насчитывает при великом инквизиторе Торквемадес 1480 по 1498гг. около миллиона сожженных на кострах

В 1492 г. вышел приказ о выселении из Испании 800.000 евреев в четырехмесячный срок: с 31 марта по 31 июля. Выселенные подвергались страшным мучениям в государствах, куда они бежали от инквизиции: женщинам распарывали животы, чтобы найти червонцы, которые они глотали (J. Michelet. "Histoire de France", t. IX, p. 137 et suiv.)

В Германии инквизиция погубила тоже немалое число жителей. Два монаха, посланные Иннокентием VIII (1484-1492) в Трир, сожгли в этой небольшой епархии 6.000 человек, обвиненных в колдовстве

Иннокентий отметил также свое царствование постановлением Тулузского Собора, запретившим мирянам читать книги Ветхого и Нового Завета. Допускался лишь Псалтирь, но только не на родном языке (там же, с. 633). Таковыми мерами папа желал предотвратить соблазн неправильных толкований Св

Писания, могущих привести верующих католиков к критике римской доктрины. Запрет этот должен был позже способствовать успеху протестантизма

Среди верующих наблюдалось также невежественное суеверие. Так, в XII в., согласно хроникам, в некоторых областях народ верил в божественность... кошек. Дабы этому противодействовать, церковные власти г. Ипр (Фландрия, теперешняя Бельгия) в определенный день выбрасывали с вышки городской башни трех котов!..